Национальный смартфон — миф

Практически каждый раз, когда в новостном заголовке встречаются имена российских политиков и высокие технологии, хочется шлепнуть себя ладонью по лицу. А после — несмешно шутить о национальном смартфоне, операционной системе и даже интернете. Заявление министра связи и массовых коммуникаций России Николая Никифорова о необходимости раскрытия исходного кода программных продуктов Apple для исследования российскими специалистами как обычно вызвало неоднозначную реакцию. С одной стороны государственным ведомствам и представителям корпоративного сегмента важно быть уверенными в отсутствии недокументированной функциональности в устройствах, с другой — трудно удержаться от шуток про национальный YotaPhone, «Чебурашку» и «Спутник».

Кстати о национальных смартфонах как таковых. Несмотря на популярность этого словосочетания в громких заголовках и многообразии шуток, в мире есть лишь три страны, где возникал такой феномен. Самих «национальных смартфонов» появилось приблизительно ноль. Для начала немного теории. Впервые о таком устройстве речь зашла после презентации YotaPhone в России, чуть позже заговорили о выпуске бюджетников компанией «Навигатор» на Украине, о защищенном от враждебного запада смартфоне Arirang AS1201 в Северной Корее и устройстве Smartisan T1 под управлением Smartisan OS в Китае. При этом ни одно из четверки устройств ни в теории, ни на практике не может быть по-настоящему национальным.

В первую очередь стоит отметить, что все «национальные смартфоны» работают или должны работать на Android, что полностью лишает смысла так их называть. Пусть даже с кастомизацией оболочки и изменением функциональности, устройства под управлением операционной системы от американской корпорации могут быть «национальными» только в одной стране. В западном полушарии, да и то с оговорками по железу. Единственный шанс выпустить национальный смартфон — сделать его на национальной платформе. Но что будет, если все страны начнут заниматься такими затратными разработками? Скорее всего, эта затея погибнет на корню из-за патентов на уже существующие программные решения. Но даже если с этим удастся справиться, например, с помощью модификации опенсоурсного Android, разработчики едва ли кинуться наполнять «Национальный App Store» какой-нибудь страны необходимыми для пользователей приложениями и играми.

Что касается «железа» смартфонов, с этим тоже все очень не просто. Чтобы наладить производственный процесс от разработки компонентов на бумаге до сборочного конвейера, национальными устройствами нужно заниматься Китаю или Южной Корее. Именно там сосредоточено большинство компаний, выпускающих компоненты. Как следствие, сборкой YotaPhone в отсутствие российских компаний такого профиля занимается сингапурская фабрика Hi-P, чипсеты выпускает Qualcomm, на Тайване делают дисплеи для задней панели, Corning — стекла Gorilla Glass и так далее. Роль российских специалистов в создании смартфона недооценить сложно, они занимаются разработкой дизайн-схемы, программного обеспечения, исследуют пользовательские сценарии. Но в любом случае это лишь часть работы.

В итоге само понятие «национальный смартфон» не отражает сути вещей на рынке мобильных устройств. Особенно, когда речь идет о массовом продукте, а не диковинке для закрытого использования какими-нибудь особо секретными структурами. Да и то в случае с последними я сделал бы ставку, что в карманах их представителей лежат популярные трубки, за которые нужно сказать спасибо компаниям сразу нескольких стран по всему миру.
Читать далее